среда, 4 ноября 2015 г.

Пимен Ушаков: биография

УШАКОВ Симон Фёдорович (1626-1686)

В крещении Пимен, поскольку именно под эти именем вписан в синодик Знаменского монастыря в Москве. Годом рождения мастера традиционно принято считать либо 1625 (после сентября), либо 1626 (до сентября), основываясь на надписи на иконе, некогда находившейся в церкви Троицы в Никитниках и позднее пропавшей, которую упоминает Тромонин (Тромонин 1845:88): “Лета 7166 году написал государев иконник Симон Федоров сын Ушаков 32 лета возраста своего”. Если эти сведения не мистификация, то, учитывая имя, данное Ушакову при крещении, и тот факт, что в XVII в. память всех святых, носивших это имя, отмечалась только 27 августа, можно уточнить год рождения мастера как 1626.

По рождению он был “дворянин московский”, т. е. принадлежал к дворянам, служившим “по московскому списку”. Мнение о том, что дворянским званием Ушаков был пожалован за иконописные труды, в настоящее время опровергнуто (Лаврентьев 1994).
По данным записей в синодиках и вкладных надписей на иконах известно, что мать художника звали Марией, жену — Февронией. У них было двое достигших зрелого возраста детей - сын Петр и дочь Евфимия. Из тех же данных следует, что Ушаков имел обширные родственные связи в среде духовенства.
Как следует из документов, Ушаков поступил на службу  при дворе в качестве художника 4 мая 1648 г.  Прошение об определении его на это место Ушаков подал, вероятно, около апреля (оно помечено к “выписке” 13-м числом этого месяца). Жалования Ушакову первоначально назначили 10 руб. деньгами и по 15 четв. ржи и овса в год (Успенский, 1910). В названном прошении Ушаков указал, что он работает беспрестанно у царского дела. Следовательно, еще до апреля 1648 г. он какое-то время работал, очевидно, в качестве кормового иконописца.
Ушаков был назначен знаменщиком Серебряной палаты, где и работал до 1664 г. О его деятельности в этом качестве имеются сведения в расходной книге царициной Мастерской палаты за 1648–1649 г. 11 декабря он получил 11 алт. “А знаменил он, на покрове, под шитье, Спасов Нерукотворенный образ, да на покрове ж, Никола Чудотворца образ. Апреля 27 дано ему 29 алтын за 29 дней. А знаменил под шитье покров Алексея митрополита, да на куколи Деисус, да поверх Деисуса Херувимы, да пелену Рождества Пречистыя Богородицы с действы, по камке под шитье ж, да цветил с тое пелены красками лист, да воздух по камке знаменил. Мая 22 ему же 3 алтына. А знаменил покровцы и воздух и Спасов образ на патриаршеский сан, под шитье”. 8 июня опять за 3 [алт.] “знаменил на амфор по бумаге образцы да Рождества Пречистыя Богородицы действо по бумаге и цветил краски”. 11 августа за 7 алт. “знаменил он под шитье по камке образ преподобного Савы Чудотворца Сторожевскаго, с чудесы” (Успенский, 1910).
Будучи знаменщиком Серебряной палаты Симон Ушаков привлекался также к письму икон, фресок, знамен, чертил карты, планы, делал рисунки для знамен, монет и украшений на ружья и т. п. Самые ранние известные иконы мастера – “Богоматерь Владимирская” 1652 г. из ц. Михаила Архангела в Овчинниках в Москве и”Митрополит Филипп” 1653 г. из ц. Спасо-Преображения в Калуге (см. список сохранившихся произведений, №№ 1-2) – отличаются традиционностью своего стиля. (Успенский 1917:101).
В июне 1654 г. в составе группы иконописцев был вызван к царю Алексею Михайловичу, находящемуся в походе в Вязьме. См. Козлов Федор Федоров.
Осенью 1654 г. Ушаков украшал патриаршее места в Успенском соборе, поскольку 29 сентября получил из Патриаршего казенного приказа 6 алт. 4 деньги “на бакан виницейский, что ему купить к Спасову образу на прописку, что на патриарше месте” (МАМЮ. Кн.  38. Л. 403 и об)   (Успенский 1917:101).
В 1655 г. Ушаков вместе со Степаном Резанцем, руководителем царской иконописной мастерской, участвовал в Смоленском походе царя Алексея Михайловича. 11 июля 1656 г. Ушаков вместе с иконописцами Федором Козловым, Иваном Матвеевым и Иваном Владимировым (Большим) вновь вызывался к царю, находившемуся тогда в Полоцке. Не был отпущен из Москвы патриархом Никоном, как это следует из отписки на царскую грамоту: “А иконника Симона Федорова оставил в Москве великий государь, святейший Никон, патриарх Московский и всея Великия и Малыя и Белыя России, для своих государевых святительских дел”. В более позднем документе об этом пребывании Ушакова на работе у патриарха говорится: “Знаменщику иконописцу Симону Ушакову, как он Симон, наперед сего, был у патриарших иконописных домовых дел, давано ему, Симону, поденнаго денежнаго корму по гривне на день, да его же кормили и поили за столом, да сверх того, корму давано от патриарха подачи добрыя” (Успенский 1910).
В 1657 г. с иконописцами Оружейной палаты Степаном Резанцем и Федором Козловым Ушаков расписывал одну из комнат государя Алексея Михайловича во дворце, которую, по-видимому, предполагалось расписать еще до морового поветрия 1655 г. Царь “указал у себя великаго государя вверху — комнату написать вновь стенным письмом, а у того стенного письма великаго государя указом указал быть иконником стряпчей с ключом Федор Алексеевич Полтев Приказу Серебряныя палаты знаменщику и иконописцу Симону Ушакову, да Оружейныя палаты жалованным иконописцам Степану Резанцу, Федору Козлову, а поденный корм велено им иконописцам давать, против прежняго государева указу, по 2 алтына человеку на день, как они бывали, наперед сего, у его государевых иконописных дел и у знамен, до морового поветрия” (Успенский 1910).
В сентябре 1657 г. Ушаков был одиннадцать с половиной дней занят на работах, проводившихся силами “государевых” иконописцев Иосифа Владимирова, Федора Федорова, Леонтия Емельянова, Вонифатия Козьмина, Константина Ананьина, Харитона Семенова, Силы Савельева, Якова Григорьева и Якова Иванова, по росписи на патриаршем дворе “на воротех в церкви” и “на дорогах у внешних сторон на церкви стенное письмо”, получая “поденнаго корма” по гривне в день. (Успенский 1917). И. М. Снегирев упоминал о вставленном в стену ц. Двенадцати Апостолов образе Спаса с Патриарших ворот, выполненным Ушаковым в 1658 г., который был написан на кирпичах, не распавшихся при сломке этих ворот (Снегирев 1842–1845). Г. Филимонов не нашел в живописи признаков кисти Ушакова, отметив, однако, наличие масляной записи. Размер фрагмента 15 вер. Ѕ 12 1/2 вер. (Филимонов 1873:10). Возможно, речь идет о части стенописи, выполненной группой жалованных иконописцев в сентябре 1657 г.
После 12 июля 1658 г. Симон Ушаков с 11-ю другими иконописцами расписывал по указу патриарха ц. Воскресения Христова в Панех, получая при этом корму 3 руб. за 7 дней (Забелин 1884-1886. Ч. I.:385).
Вне своих служебных обязанностей в 1657-1659 гг. Симон Ушаков написал несколько икон по заказу купцов Никитниковых для церкви Грузинской Богоматери (Троицы в Никитниках), в приходе которой он проживал: “Спас Великий Архиерей”, “Спас Нерукотворный”, а также написанная совместно с Яковом Казанцем и Гаврилой Кондратьевым икона “Благовещение, с клеймами Акафиста” (см. список сохранившихся произведений, №№ 3-4, 6). В них явственно отразился произошедший к этому времени в его творчестве стилистический поворот к “живоподобному” письму, ставшему вскоре основным стилем иконописной мастерской Оружейной палаты.
Симон Ушаков – адресат “Послания некоего изуграфа...”, составленного иконописцем Иосифом Владимировым, где “живоподобный” стиль получил свое теоретическое обоснование. Послание не имеет точной даты. По мнению А.А.Салтыкова оно написано в 1656-1657 гг. (Салтыков А.А.Эстетические взгляды Иосифа Владимирова // ТОДРЛ. В. 28. М.-Л., 1974:271-288), по мнению Е.С.Овчинниковой – в 1660-1666 гг. (Офчинникова Е.С. Иосиф Владимиров. Трактат об искусстве // Древнерусскре искусство. XVII век. М., 1964:18-61), Сам Симон Ушаков выразил собственные взгляды на задачи иконописного творчества в сочинении “Слово к люботщательному иконного писания”, созданном приблизительно в то же время, что и “Послание Иосифа Владимирова”, т.е. не позднее 1660-х гг., на которые пришлось становление и утверждение “живоподобного” письма в придворной иконописной мастерской.
В 1659 г. Симон Ушаков выполнил список с древней иконы Успенского собора “Спас царя Мануила”, которая находилась в Благовещенском соборе г. Киржача (Кондаков 1905). На иконе был представлен сидящий на троне Христос, к ногам которого припадают Сергий и Никон Радонежские. На окладе внизу имелась серебряная пластинка с надписью: “Лета 7167 (1659) июня писал образ Государев иконописец Симон Федоров сын Ушаков” (Токмаков 1884).
В том же 1659 г. году Симон Ушаков бил челом царю Алексею Михайловичу, что “взят он в государеву Золотую и Серебряную палату в знаменщики, для государевых золотых и серебряных дел, знаменить на сосудах и на дробницах, и служит он государю безпрестанно, а окладу ему идет — денежнаго жалованья 20 р., а хлебнаго, ржи и овса, 32 четверти, а его, по государеву указу, и к иным делам государевым, к иконописным и для чертежных дел, и государыни царицы в Мастерскую палату емлют знаменить пелены и утвари”, почему и просит он увеличения содержания. Ушакову прибавили 5 руб. к денежному окладу, 20 четв. к хлебному и по 2 деньги к 6 деньгам на день кормового содержания.
В мае и июне 1660 г. Симон Ушаков принимал участие в работах по украшению Архангельского собора стенным письмом. В списке жалованных мастеров, составленном по поводу производства этих работ имя Ушакова стоит и на втором месте (Степан Резанец, Симон Ушаков и Федор Козлов), и все росписи, составленные для выдачи кормовых денег иконописцам, были скреплены им. [Г. Филимонов замечает, что имени Ушакова не встречается в нарядах на работы в Архангельском соборе в 1652 и 1658 гг., объясняя это тем, что мастер был занят в других местах. См.: Филимонов 1873:23. —Ред.]
В июле и августе 1660 г. Ушаков руководил работами, которые в документах Оружейной палаты обозначены так: “чистили и починивали вольныя [наружныя] стены над алтарями соборной (Успенской) церкви” или: “починивали в Успенском соборе стенное письмо” (с восточной стороны и над северными входными дверьми, что от патриаршего двора). В одной из справок Оружейной палаты о работах Ушакова читаем: “В прошлом 168 (1660) году, по указу великого государя и по наряду из Оружейной палаты, починивали соборную церковь Пречистыя Богородицы Успенского собора стенным письмом, и в время у починочного дела стенного письма в начале был и над мастерами в досмотре знаменщик и иконник Симон Ушаков. Да в том же году он же, Симон, починивал в Успенском же соборе чудотворныя иконы образ Пречистыя Богородицы письма Петра митрополита”.
В течение тех же летних месяцев (июля и августа) 1660 г. Ушаков был во главе и иконописцев, писавших царские двери для церкви преп.-муч. Евдокии, что у великого государя в Верху, во дворце.
В сентябре 1660 г. Симон Федорович Ушаков руководил иконописными работами в церкви “Пресвятыя Богородицы Покрова, что у Троицы на Рву”, где кормовые иконописцы “Спасов образ местной да северную дверь вновь писали и починивали пять икон местных да царские двери” (Оп. 32. Стлб. 169 г. № 1313).
Осенью того же года Ушаков реставрировал в Благовещенском соборе икону Богоматери Млекопитательницы, в росписи 1660 г. называемую Барловскою с Предвечным Младенцем у сосца.
В том же 1660 г. году Ушаковым были также выполнены следующие работы: сочинены рисунки травных украшений для деревянной скамьи, написаны драгунские знамена и сочинены для них рисунки на бумаге, реставрирована и покрыта олифою икона Нерукотворенного образа в бархатном киоте, со створами, которая находилась в придворной церкви преп.-муч. Евдокии, написаны киотные створы с изображениями Афанасия Афонского и архангела Гавриила, написана икона Знамения Божией Матери на кипарисовой доске для царевны Ирины Михайловны.
В феврале 1661 г. Ушаков вместе с оружейного дела мастерами Григорием Вяткиным и Василием Титовым был командирован из Оружейного приказа в Казенный к боярину Илие Даниловичу Милославскому “для заводу монетнаго дела” (возможно, Ушаков изготовлял рисунки для монет).
В марте 1661 г. Ушаков выполнил чернилами на бумаге чертеж течения реки Дона — от Воронежа до Азова, причем рисунок брал с изображения на столовой доске (стол этот находился в комнатах государя), изготовил также раскрашенную карту Швеции и рисунки четырех евангелистов. Эти рисунки и карта были сделаны для Приказа тайных дел. Тогда же Ушаков при участии иконописца Федора Елизарьева реставрировал икону Нерукотворенного образа у великого государя на сенях (очевидно, храмовый образ Верхоспасского собора).
Весной 1661 г. Ушаковым было написаны иконы святых покровителей членов царской семьи: св. Алексей митрополит, Ангел-Хранитель, мученица Агафья на кипарисной доске и св. муч. Феодор Стратилат. Последняя икона, согласно заявлению Ушакова, написана была им в меру возраста новорожденного царевича Федора Алексеевича. [См. список сохранившихся произведений]. Образ в начале XX века находился в Архангельском соборе над гробом царя Феодора Алексеевича с западной стороны на северном среднем столбе вверху, среди небольших икон; размер 10 1/2 Ѕ 3 вер. В середине XIX века (до 1873 г.) он был искажен неискусными реставраторами На иконе были золоченый оклад и гривна, украшенные драгоценными камнями.
В начале ноября 1661 г. Ушаков “серебрил на пяти знаменах кресты” (Оп. 34. № 835. Запись под 8 ноября 170 г.).
В отдельной росписи указаны также и другие работы Симона ушакова, выполненные им с июня 1661 г. по февраль 1662 г.: “починивал … минеи месячные государю вверх… образ Воскресения Христова государыне царевне Ирине Михайловне, знаменил и на мушкеты печати орлы в клеймах…и расцвечивал очищал комнату у государя вверху пред праздником Рождества Христова, олифил образ Успения Пресвятыя Богородицы, знаменил по серебру на ложи звери и птицы и травы, знаменил на многих листах немецкие и руские персоны и расцвечивал по бумаге, государю вверх, знаменил и под рог змия на поддоне” (Оп. 32. Стлб. № 1308 169 г.).
В конце 1662 г. Ушаков подал челобитную о выдаче жалования, где указал ряд выполненных им работ в 1660–1662 гг.: “Царю государю и великому князю Алексею Михайловичу всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу бьет челом холоп твой иконописец и знаменщик Симка Ушаков. По твоему, великаго государя, указу, починивал в великой соборной церкви стенное письмо и над мастерами присматривал, да починивал образ Богородицын Петра митрополита писмо, да починивал образ же Богородицын у сосцу Ея Превечнаго Младенца, да знаменил — писал стенным письмом на Троицком Богоявленском монастыре и обонными сторонами церковь Федора Стратилата и над мастерами присматривал, а мастерам было корму по десять алтын на день, а з дворцов корм даван же, да им же и в приказ денег дано, а мне, холопу твоему, по два алтына на день, а в приказ ничего не дано [Работы в Троицком Богоявленском монастыре были исполнены в 1662 г., здесь Ушаков “знаменил в церкве стенное писмо и около всей соборной церкви во шти местех обонные стороны и над мастеровыми людми в досмотре у того дела был” (Успенский, 1910) – Ред.].. Да я же, холоп, писал образ Живоначальныя Троицы да преподобныя матери нашея Феодосии девицы на мере государыни царевны Феодосии Алексеевны, да писал местной образ деисус и Марии Египетцкия и у твоего государева комнатнаго окна у золоченья был, и за такия розныя дела порознь моим товарищам твое государево жалованье было сукна и камки давано и платье давано, а мне, холопу твоему, ничего не дано и платья не делавано. Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, для святых икон за мое службишко — вели, государь, своего государева жалованнья мне холопу твоему — платье зделать или что тебе великому государю обо мне Бог известит. Царь государь, смилуйся — пожалуй” (Оп. 32. № 1361 171 г.).
3 декабря 1662 г. Симон Ушаков был пожалован новым платьем: “по государеву указу, околничей и оружейничей Богдан Матвеевич Хитрово приказал иконописцу и знаменщику Симону Ушакову за ево Симонову многую работу иконнова писма и за иные розные дела государева жалованья зделать ему Симону платья на казенном дворе против Степана Резанца однорядку вишневую кармазинова сукна с пуговицы серебряными с позолочеными, ферези дорогилны, кафтан камчатой, шапка гарлатная с лисицею, шуба под добрым сукном, штаны суконные, и о том платье послать память на казенной двор”. Дело оканчивается следующей припиской: “По сему великого государя и по выписке память в казенной приказ послана. Взял сам Симон” (Там же).
В 1663 г. с 10 июля по 1 сентября Симон Ушаков руководил реставрацией иконы из иконостаса главного храма в Благовещенском соборе согласно царскому указу: “в соборной церкви Благовещения местныя иконы и деисус сполна починить и изолифить заново” (Стлб. 170 г. № 449. Здесь 170 г. указан, вероятно, по ошибке лица, писавшего роспись. Стлб. 170 г. № 436. Стлб. 170 г. № 540). В августе и сентябре того же года Ушаков руководил работами в Успенском соборе, где кормовые иконописцы писали “Спасов образ и архангелов и святителей” на наружней стене собора “с полуденной страны” “над дверьми стенное письмо” и “около дверей по дугам травы” (Стлб. 171 г. № 189, 541 и 542; Стлб. 172 г. № 21). С 9 по 13 сентября под руководством Ушакова, иконописцы “красили станки… к пищалям их карабинам розными цветы” (Стлб. 172 г. № 13).
До 1 сентября 1663 г. Ушаков также “починивал с мощми образ Пресвятыя Богородицы” (Оп. 32. Стлб. № 1362 171 г.) и вместе со Степаном Резанцем, Федором Козловым, Иваном Леонтьевым и Федором Зубовым написал “знаме… чертеж, что в Семеновском… государева смотру… да образ Пресвятые Богородицы на медной цке на Дон” (Стлб. 172 г. № 536). До 1 декабря 1663 г. Ушаков написал “Богородицын образ для опыту новой вохры, на хоруговь писал по тавте по обе стороны два Нерукотворенных Спасовых образов на убрус со аггелы” (Стлб. по Оп. 32. 172 г. № 1386) (Успенский 1910).
В начале 1660-х гг, еще до поступления в Оружейную палату, Симон Ушаков активно писал иконы по заказу частных лиц, как светских, так и духовных, в частности  митрополита Рязанского и Муромского Иллариона и игумена московского Сретенского монастыря Дионисия (см. список сохранившихся произведений, №№ 8-10). Для князей Черкасских в ц. Воскресения в их нижегородской вотчине с. Павлове им после 1662 г. были написаны иконы “Богоматерь Казанская”, “Сошествие во ад”, “Спас Вседержитель”, “Богоматерь Смоленская”, “Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов и Николай Чудотворец”, а также шесть икон на Царские двери (Макарий 1857:302-306).
С 1660 г. Симон Ушаков писал иконы во Флорищеву пустынь в Гороховецком уезде, настоятелем которой был его родственник иеромонах Илларион, с 1681 г. митрополит Суздальский (род. 13 ноября 1631 г., ум. 14 декабря 1707 г.; до принятия монашества был женат на сестре знаменитого в истории старообрядчества епископа коломенского Павла). Илларион отличался своим благочестием и обратил на себя осебенное внимание царя Феодора Алексеевича, который пожелал видеть его в первый раз, вероятно, в январе 1677 г., когда последний был в Москве “некиих монастырских потреб ради”. В “житии” Иллариона сообщается, что когда царь, узнав о прибывании Иллариона в Москве, приказал найти и пригласить его к себе, — то “посланнии… обретоша преподобнаго… в дому царскаго иконописца Симона Ушакова, понеже тамо, приехав к Москве, пребывал, зане в родстве той иконописец преподобному бяше”.
Останавливались у Ушакова и те из братии Флорищевой пустыни, которых Илларион посылал в Москву по разным делам. В житии Иллариона, между прочим, сообщается о следующем случае. Однажды трое флорищевских старцев, будучи в доме Ушакова, ночью “отправляли заповеданное им монастырское правило, возсылая к Богу свои прилежныя молитвы со слезами, и вдруг от богодуховных уст их начало исходить огненное пламя до самых небес, между тем как в храмине не было зажжено ни одной свечи. И увидели тот огонь, до небес восходящий, сторожа, стоящие у Спасских ворот города Кремля, очень смутились и пристально стали смотреть в ту сторону, полагая, что это пожар. Потом пришли в удивление от необычайнаго пламени и между собою говорили: если бы что загорелось, то теперь было бы больше полымя и появился бы сильный дым; а этот пламень без дыма, и каков был сначала, таков и теперь. И посоветовавшись, пошли они на тот пламень, чтоб разведать истину, и дошли до дома, где пребывали в молитве ученики Иллариона. Симон Ушаков ввел их в храмину к молящимся старцам, но там не было никакого огня, ни света; а когда стражи от них вышли, огонь опять начал от той храмины восходить до небес. И познали тогда пришедшие и хозяин дома, что пламень тот не иное что, как молитвы, которыя восходят к Богу от уст тех благочестивых старцев” (Успенский 1910. Со ссылкой на: Буслаев 1861). Осебенно интересно сказание жития Иллариона о ночном видении последнего, касающемся вопроса о выборе храмовой иконы для новой монастырской церкви.
Согласно житию Иллариона, Симон Ушаков написал для Успенского собра Флорищева монастыря четыре иконы: “Успение” (см. список сохранившихся произведений, №  12), “Спас на престоле”, “Богоматерь Кипрская (Киккская)” (см. список сохранившихся произведений, №  33) и “Богоматерь Владимирская”, имевшая дополнительные изображения на полях: на верхнем — Коронование Богоматери, Зосима и Савватий Соловецкие, на нижнем — Положение пояса Богоматери, Ефрем и Софроний патриарх, на боковых — апостолы Петр и Павел. Еще одна “Богоматерь Владимирская”, имеющая автограф Ушакова, находилась в алтаре храма, 7, 33).
В декабре 1663 г. Ушаков был переведен из Серебряной палаты в Оружейную: “Лета 7172-го, декабря в 15 де, по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Великая и Малыя и Белыя Росии самодержца указу, околничему и оружейничему Богдану Матвеевичу Хитрово да столнику Афанасию Ивановичу Нестерову да дьяку Лариону Иванову. В Приказе серебряных дел был у государева дела знаменщик Симон Федоров, и в нынешнем во 172-м году сентября с 1-го числа знаменщику Симону в Приказе серебряных дел быть не велено, а по указу великого государя велено ево Симона ис Приказу серебряных дел отослать в Оружейную палату для иконного писма, а великого государя жалованья денежной и хлебной оклад было ему денег дватцать пять рублев, хлеба — ржи и овса пятдесят две чети, корму по осми денег на день” (Оп. 32. Стлб. 172 г. № 1389).
В начале весны 1664 г. Ушаков просил о прибавке жалования, отметив, что несмотря на переход в Оружейную он продолжает работать знаменщиком для серебряников: “Царю государю и великому князю Алексею Михайловичу всея Великая и Малыя и Белыя Росии самодержцу бьем челом холоп твой иконописец Симанко Ушаков. По твоему государеву указу, переведен я, холоп твой, из Серебряные полаты в Оружейную полату и с окладом, а в Серебряной полате корму мне было по осми денег на день да в Оружейной полате по два алтына на день, итого корму мне, холопу твоему, по гривне на день против городовых иконописцев и кормовых, да пожалованы дворцовым кормом для святых икон и для рождения благовернаго царевича и великого князя Федора Алексеевича. А и прежде сего, государь, твое государево жалованье было мне, холопу твоему, в Смоленску на службе корму по гривне-ж на день, да по твоему-ж государеву указу, как был я, холоп твой, у патриарших дел, и тамо давано корму по гривне ж на день сверху съястного корму, а ныне, государь, у меня корму убавливают — что было в Серебряной полате — по осми денег на день не дают в Оружейной палате, как переведен стал, а дела золотое и серебреное дают. А и в Оружейной полате иконописцу Апостолу греку корм идет на день по гривне-ж, а я, холоп твой, ожидал впредь еще твоей великого государя милости для святых икон, как и прочим чинам, как послужать, а иных чинов оклады выше и число их многое. Милосердный государь царь и великии князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меняп холопа своегоп для святых икон — не вели, государь, у меня выслуженого денежного корму убавить, что было в Серебряной и в Оружейной полате по гривне на день, и тот давать корм в Оружейной полате, чтоб мне холопу твоему з домишком не разоритца. Царь государь, смилуйся — пожалуй” (Оп. 32. Стлб. 172 г. № 1388). Вследствии этой челобитной, 1 апреля 1664 г., околничий и оружейничий Богдан Матвеевич Хитрово “приказал иконописцу Симону Ушакову для ево иконнаго мастерства и для того, что он у его государских дел бывает безпрестанно, учинить ево великого государева жалованья поденного корму по гривне на день для того, как он был в Серебряной полате и в то время всякие верховые дела делывал и из Оружейные полаты и ему давано по гривне ж на день, а и преж сего как он бывал у ево государских дел, и ему по гривне ж на день давано” (Там же).
Кроме денежного и хлебного жалования и кормовых денег, Ушаков получал “имянинные пироги и з дворцов корм и питье” (Оп. 32. Стлб. 1272 г. № 1389), когда он бывал  у государева дела. Так, 30 мая 1659 г. “велено” было “отпущать великого государева жалованья… Симону Ушакову… поденного питья и корму с сытного дворца по шти чарок вина, по четыре кружки меду цыженого, с кормового по две ествы в день… с хлебенного дворца” ему и его товарищам Степану Резанцу и Федору Козлову “всем вопче два калача толченых, два калача смесных, два хлеба, два блюда пирогов пряженых, полблюда карасей на день”. 5 октября 1661 г. состоялось распоряжение о выдаче этого “жалованья” “перед прежним с сытного дворца с убавкою, а с кормового и с хлебенного дворцов с прибавкою — с сытного по три чарки вина с махом, по четыре ествы в день… с хлебенного всем [троим, вместе с Козловым и Резанцем] вопче два калача толченых, два калача смесевых, два хлеба ржаных, да им же от столоваго и от вечернего кушанья по трети калача толченого, по пирогу пряженому, по карасю человеку на день” (Стлб. 171 г. № 263).
Следующая челобитная Ушакова о повышении жалованья датируется 3 октября 1673 г.: “Служу я тебе, великому государю, двадцать семь лет, а оклад мне, холопу твоему, жалованья денег тридцать рублев, да кормовых тридцать шесть рублев шестнадцать алтын четыре деньги, а даются мне те окладныя и кормовыя деньги из Оружейныя; а в Оружейной, государь, палате, оружейнаго дела мастеру Григорью Вяткину твоего государева годоваго денежнаго жалованья оклад пятьдесят рублев, кроме кормовых денег; милосердный государь, пожалуй меня для святых икон, вели те кормовыя деньги приверстать мне к прежнему моему окладу, к тридцати рублям в оклад. А твое великаго государя жалованье — корм мне идет из Приказу Большаго дворца за дворцовый корм”. В сделанной по этому случаю выписке сказано, что за дворцовый корм и питье он получал уже 50 руб. Решено было, для почести святых икон воображенья, кормовые деньги приверстать к годовому окладу, и января в 15 день, по указу боярина Богдана Матвеевича Хитрово, кормовые деньги 36 руб. с полтиною справить в оклад в годовое жалованье, да ему ж за его многую работу прибавить к кормовым деньгам полтину и учинить годовой оклад и с кормовыми и давать в год 67 руб. (Забелин 1894. Вып. 2:116; Успенский 1910 (Успенский неправильно приводит год как 1674 – Ред.)).
В 1664 г. с 29 января по 3 февраля иконописцы, под руководством Ушакова, “писали в Золотой полате по большому знамени звезды” (Стлб. 172 г. № 151).         
11 марта того же года царица Мария Ильинична заказала изготовить для придворной церкви вмч. Екатерины иконостас по образцу Успенского собора: “написать вновь деисус и праздники и пророки и праотцы против того переводу, как деисус написан в Успенском большом соборе самым добрым письмом”. При измерении икон в иконостасе и “у скаски” был Ушаков (Стлб. 172 г. № 232). Под руководством Ушакова работы по написанию иконостаса были произведены в мае и июне 1664 г. (Стлб. 172 г. № 351 и 352).
Тогда же (смета материалов была составлена около 30 апреля) под руководством Ушакова и при его участии были исполнены иконописные работы  в придворной церкви преп.-муч. Евдокии, куда написаны были “деисус семнадцать икон, а на них… Спасов образ да Богородицын, да Предтечин, да архангела Михаила и Гаврила, да дванадесяти апостолов, праздников Господских осмнадцать икон” (Стлб. 172 г. № 328) (Успенский 1910).
В 1664 г. по заказу дьяка Богдана Силина Симон Ушаков написал икону “Алексей человек Божий” (патрональный образ царя), которая была вложена в Николо-Угрешский монастырь под Москвой (см. список сохранившихся произведений, № 13).
В 1664 г. Ушаков приобрел 3 экземпляра печатной Библии (М., 1663): “Марта в 18 день... Книга  иконнику Симану Федорову”. “Июля в 14 день... Две книги иконнику Симону Федорову” (РГАДА. Ф. 1182. Оп. 1. № 65. Л. 65, 67 об., 93). (Луппов  С.П. Читатели изданий Московской типографии в середине XVII  в. Публикация документов и исследование. Л., 1983. С. 148, 157).
В марте 1665 г. Ушаков писал “великому государю образец в переднюю для стенного письма”, на что ему было выдано 10 яиц для красок (Оп. 34. № 954 173 г. Л. 56). В марте же по 21-е число включительно Ушакову были отпущены материалы для стеного письма в придворной церкви преп.-муч. Евдокии (Оп. 34. № 954 173 г., листы 56об, 57, 58, 59 и об).
В 1664 г. приобрел за два приема 3 экземпляра печатной Библии (М., 1663): «Марта в 18 день... Книга иконнику Симану Федорову». «Июля в 14 день... Две книги иконнику Симону Федорову» (РГАДА. Ф. 1182. Оп. 1. № 65. Л. 67 об., 93). (Луппов 1983. С. 148, 157).
В июле 1665 г. Симона Ушакова по неизвестной причине решено было отправить “под начал” в монастырь. Судя по тому, что сохранилось два черновика грамот об отправке его в монастырь, тождественных по тексту, но разных по адресатам, первоначально Ушакова хотели отправить в Покровский монастырь “что за Яузою во убогих домах” (эта грамота не имеет подписи дьяка и не датирована), а затем в Николо-Угрешский (грамота датирована 23 июля и имеет подпись дьяка). Текст второй грамоты: “Лета [7173] г. июля в 23 де, по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Виликия и Малыя и Белыя Росии самодержца указу, память Николского монастыря на Угреше игумну Викентью з братьею. По указу великого государя, послан к вам в Николской монастырь под начал Оружейные палаты иконописец Симон Ушаков с приставом з Григорием Ивановым, и, как к вам ся память придет, а пристав Григорей того иконописца Симана к вам в монастырь приведет, и вы-б того иконописца Симана у пристава приняв, держали в монастыре под началом до указу великого государя Диак…” (Стлб. 173 г. № 387). Нет уверенности в том, что это распоряжение было выполнено, поскольку уже в августе 1665 г. Ушаков принимает деятельное участие в иконописных работах, исполняемых царскими иконописцами. Так, 12 августа Ушаков принимает материалы “к новому знамени етманскому” (Оп. 34. № 954 173 г. Л. 75об, 76об, 78), 14 августа получает сурик “на иконные цки, что писаны в село Измайлово в церковь Ивана Преттечи” (Там же. Л. 76), 21 и 25 августа — краски для росписи столовой доски для царицы (Там же. Л. 77 и 78).
После 21 сентября Ушаков в Оружейной палате был в качестве эксперта по поводу работ, произведенных костромскими кормовыми иконописцами — Сергеем Васильевым (Рожковым), Петром Аверкиевым, Дмитрием Емельяновым и Флором Леонтьевым “на образец, кто каковым мастерством”, в течение десяти дней, — это были следущие иконы, писанные на шестилистовых досках: “Спасов образ с молящими святыми с преподобным Сергием Радонежским, Варлаамом Футыньским, 2-я — Пресвятыя Богородицы с Петром апостолом, со архангелом Михаилом, 3-я — Иоанна Предотечи с Павлом апостолом и Гавриилом архангелом, 4-я — ангела хранителя”. Показание Ушакова в Оружейной палате было следующее: “Образ Спасов со святыми и образ Пречистые Богородицы с апостолы в десять дней написать мочно, а менши десяти дней написать немочно” (Оп. 32. Стлб. 1433 174 г.) (Успенский 1910). Когда те же иконописцы написали две местные иконы в церковь Измайлова и просили себе кормовых денег с 28 сентября по 4 октября, Симон Ушаков сказал: образ Богородицы и образ Никиты четырем человекам в семь дней написать можно, а меньше семи дней нельзя (Филимонов 1873:31).
Книги продаж Московского печатного двора сообщают, что «иконник Симон Федоров» на протяжении марта 1664 – июля 1665 гг. за три приема приобрел четыре экземпляра весьма недешевой (5 рублей «на серебряные деньги») Библии издания 1663 г. (Турилов А.А. Алатырские досуги дьяка И.Т.Грамотина // Памяти Лукичева. Сборник статей по истории и источниковедению. Сост. Ю.М.Эскин. М., «Древлехранилище», 2006. С. 451-452).
По указу царя Алексея Михайловича от 13 октября 1665  г. Симон Ушаков с жалованными и кормовыми иконописцами писал “на семи цках образных ис треоди цветные недельные дни, что в которую неделю и как бывает празднество. А класть бы то все в один киот, а начальны цки были болши, а достолные менши” (Оп. 32. Стлб. 174 г. № 1438).
В 1666 г. 9 февраля царь “пожаловал иконописца Симона Ушакова за иконописное писмо, что он Симон писал Спасов образ в хоромы к сыну ево государеву к великому государю царевичу и великому князю Алексею Алексеевичю всея Великая и Малыя и Белыя Росии, велел ему дать своего государева жалованья в приказ тафту добрую” (Оп. 34. Стлб. 174 г. № 1444). К Пасхе того же года Ушаков получил из приказа Большого Дворца 1 ведро вина, 2 ведра пива, полт ветчины, три части солонины, 5 языков говяжьих, пять полотков гусиных и осмину муки пшеничной (Стлб. 1 разряда 174 г. № 536).
В 1666 г. Симон Ушаков возглавлял стенописные работы в Архангельском соборе и давал оценку принимавшим в них участие иконописцам (Стлб. 1 разряда 174 г. № 667 и 677). Тогда же участвовал и в украшении стенописью Верхоспасского собора (в росписи иконописцев его имя стоит стоит на втором месте вслед за Степаном Резанцем) (Стлб. 1 разряда 174 г. № 705). За работу в Архангельском соборе государь “пожаловал” Симона Ушакова 5 декабря 1668 г., приказав выдать ему “в приказ с Казеннаго двора 8 аршин камки индейской, 4 аршина сукна аглинскаго” (Стлб. 177 г. № 106).
В том же 1666 г. под Симон Ушаков руководил кормовыми иконописцами, которые “починивали в набережных хоромах образ Николы Чюдотворца в чюдесех” (Оп. 327. Стлб. 174 г. № 1441).
В мае 1666 г. им был написан на липовой доске в хоромы к царице “образ Иоанна Богослова” (размер иконы: 1 1/2 арш. Ѕ 1 арш. 2 вер.). 22 июня Ушаков дал отзыв о мастерстве иконописца Филиппа Иванова.
В начале 1667 г. в Оружейной палате Ушакова спрашивали, во сколько времени можно было бы реставрировать царские двери и иконостас из Никольской церкви с. Хорошова (все эти иконы были реставрированы в 60 дней иконописцами Кузьмой Галечаниным, Иваном [Логиновым] Лопаковым [и Иваном Алексеевым]). Ушаков ответил: “Той-де иконной починки трем человеком иконописцом на шездесят дней будет для того, что старая иконная починка пуще и новаго писма” (Стлб. 175 г. № 115). [А. И. Успенский называет исполнителями работ Кузьму Галичанина, Ивана Алексеева Лопакова и третьего, не названного по имени. Это явная ошибка: Лопаков имел отчество Логинович, а третьим был Иван Алексеев. — Ред.]
По царскому указу от 9 мая 1667 г. в Николо-Угрешском монастыре производились стенописные и поновительские работы, которыми руководил Симон Ушаков: “в Никольском Угрешском монастыре у соборной церкви стенное письмо починить, а иное в папертях писать вновь нынешнего лета, не испустя времени, а краски и левкасс и иконописцев к тому стенному писму взять из Оружейного приказа, а сколко надобно каких красок и левкасу и левкасных гвоздей и чернил и иконописцов, и тому против сметной росписи иконописца Симона Ушакова… роспись. А для указания того писма в Угрешской монастырь не на большое время (послать) Симона Ушакова” (Стлб. 175 г. № 417). (Филимонов 1873:31–32).
По документам известно. Что Симон Ушаков «к тому делу не бывал» (Ф. 396 Оп.1. Ч.8. 175 г. № 11000 Л.1.). (Ш.И.Н.).
На Пасху 1667 г. Симон Ушаков поднес государю икону Спаса Эммануила, за что был пожалован сукном добрым и тремя рублями на приклад. В том же году 2 августа царь “пожаловал… Симона Ушакова — велел ему дать своего государя жалованья за ево иконное художество с Казеннаго двора платье однорядку, сукно лундыш с пуговицы, ферези камчатые з завяски, кафтан камчатой, под ферези штаны суконные, шапку с соболем, сапоги сафьянные, зуфь на охабень, да из Новые чети денег двадцать рублев для того, — писал он Симон в тафтяную церковь иконное воображение” (Стлб. 175 г. № 591; ср. Оп. 32. Стлб. 176 г. № 1479).
7 августа 1667 г. царь приказал “у него великаго государя чердака верхнева в окнах и на дверях резные травы вновь покрыть разными цветными краски”. Сметную роспись материалов, необходимых для этой работы, составил Ушаков (Стлб. 175 г. № 604. Л. 1–5). Им же выполнена смета материалов в связи с указом от 20 августа “зделать вновь в Оружейной полате великой государыне царице и великой княгине Марье Ильичне колымагу деревянную золоченую со всем прибором и по золоту роспись розными цветными краски” (Стлб. 175 г. № 628).
К 1667 г. относится еще несколько сведений о Симоне Ушакове. В июне он свидетельствовал олифу, изготовленную известным живописцем армяниномБогданом Салтановым. Ушаков одобрил ее, но заметил, что он может сделать такую же или лучше. Имя Ушакова стоит первым в списке иконописцев и знаменщиков Оружейной и Серебряной палат, пожалованных 9 мая из Приказа Большого Дворца сукном “за многия иконописныя, стенныя дела”. Он также свидетельствовал икону Спаса Вседержителя, которую принес в Оружейную палату иконописец Василий Попов, взятый из Воскресенского монастыря в доучивание к Федору Козлову. Иконописец был определен в 3-ю статью (Филимонов 1873:31–32).
В 1667 г. Симоном Ушаковым также была написана икона “Богоматерь Умиление”, находившаяся в Спасской ц. С. Спасское-Вертки Бронницкого уезда. На ней имелась надпись: “Лета 7175 писал сий образ зограф Пимен зовомой Симон Ушаков по обещанию Петра Андреевича Измайлова”. Высота образа 1 аршин 6 вершков (ИИАК. В. 61. Пг, 1916:193)
В летний сезон 1668 г. Симон Ушаков возглавлял работы по фиксированию старых росписей Грановитой палаты и написанию по их образцу новых. Еще 6 августа 1667 г. был издан указ о новой росписи Грановитой палаты за оставшуюся теплую часть года и составлена смета, но иконописцы заявили, что к октябрю они не успеют справиться с этой работой. В документе сказано, что Алексей Михайлович “указал в своей великого государя Грановитой полате написать стенное писмо вновь нынешним летом. И по тому ево великаго государя указу, Оружейные полаты иконописцы Симон Ушаков с товарыщи подали сметную роспись, что в тое Грановитую полату к стенному писму надобно иконописцов и золота и красок и всяких запасов. А в росписи написали: иконописцов 50 человек добрых мастеров, середних 40 человек… А иконописцы Симон Ушаков с товарыщи сказал, что Грановитые полаты вновь писать самым добрым стенным писмом или против прежнего в толикое малое время некогда, к октябрю месяцу никоими мерами не поспеть для того, — приходит время студеное, и стенное письмо будет некрепко и нецветно”. Вследствие такого заявления Ушакова, государь 15 ноября велел перенести работы на весну: “Грановитую полату написать стенным писмом” в 1668 г. “весною самым добрым мастерством и снимки для образца с того стенного писма снять ныне и приказать о том иконописцу Симону, чтоб написать в той полате те-ж вещи, что и ныне писаны, а на краски и на золото уговоритца с ыноземцы ныне Кондратью Лунину, чтоб те запасы изготовить нынешнею зимою” (Оп. 176 г. № 1397; ср. стлб. 175 г. № 603).
Летом 1668 г. Симон Ушаков просил освободить его от привлечения в противопожарные караулы: “По твоему великого государя указу, пожалованы мы холопы твои, Оружейной полаты и Серебряной полаты мастеры, чтоб объезными головами в летнее время изб у нас не печатать и в дневальные и в ношные караулы з дворов наших людей не спрашивать, потому что мы, холопи твои, у твоих государевых дел безпрестани, и на домех бывают твои государевы дела, и о том есть у нас, холопей твоих, прежних годов подписные челобитные, что им и дворов наших не ведать ни в чем, и объезные головы чинятца сильны на нас в караулы людей правят. И по нашему, государь, челобитью, из Оружейные полаты посланы памяти в розрят, чтоб объезным головам дворов наших не ведать ни в чем, и из розряду у объезных голов об нас есть памяти. И ныне государь, столник Федор Любеевич Македонской старых памятей не слушает, в объезде у меня холопа, твоего двора, людей таскает и в караулы спрашивает. Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, не вели, государь, объезному двора моего ведать. А двор у меня, холопа твоего, твой государев с каменным строением. Царь государь, смилуйся”. В июне этого года “великий государь царь и великий князь Алексей Михайлович всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец пожаловал ево, Симона, — не велел с нево сторожей на караулы имать для того, что он безпрестанно у ево государевых иконописных дел” (Оп. 32. Стлб. 176 г. № 1496). 20 июня 1673 г. Симон Ушаков с другими жалованными иконописцами (Федор Зубов, Федор Козлов, Андрей Ильин, Сергей Рожков, Георгий Терентьев, Иван Филатьев, Иван Леонтьеви др.) вновь просил об освобождении от противопожарных караулов (Забелин 1894. Вып. 2:115).
В 1668 г. в ученики к Симону Ушакову поступил нижегородский иконописец средней статьи Петр Афанасьев (Успенский 1910Филимонов 1873).
В том же 1668 г. Симоном Ушаковым были написаны иконы для местного ряда иконостаса ц. Григория Неокесарийского (см. список подписных произведений, №№ 16-17; список приписываемых произведений, № 3). Среди них “Богоматерь Киккская” - первая русская икона такой иконографии.  Тогда же для ц. Троицы в Никитниках была написана икона “Похвала Богоматери Владимирской” (см. список подписных произведений, № 14), а для Донского монастыря точный список чтимого образа “Богоматери Донской” из Благовещенского собора (см. список подписных произведений, № 18).
14 октября 1669 г. Ушаковым вместе с Федором Зубовым составил роспись материалов, необходимых для украшения живописью четырех “подволок” в “государских хоромах” (Стлб. 178 г. № 44) (Успенский 1910).
В том же году по заказу боярина Б.М.Хитрово, возглавлявшего Оружейную полату, Ушаковым была написана икона “Сергий Радонежский”, вложенная боярином в Троице-Сергиев монастырь (см. список подписных произведений, № 20). По заказу Хитрово Ушаков неоднократно работал и позднее.
В начале 1670 г. Ушаков составил “роспись к починке стола индейского писма” (Оп. 32. Стлб. 178 г. № 1555). В документах, относящихся к этому делу, уцелела записка, вероятно, какого-либо дьяка к Ушакову следующего содержания: “Симон Федорович. Изволь пожаловать отписать в Оружейную полату, какия водки велел ты составить в аптеке для составу к столу, а прежняя записца утерялась, что Михайла, по твоему слову, писал”.
30 мая 1670 г. царь Алексей Михайлович “указал дать ис Конюшенного приказу для своих великого государя всяких приказных и верховых дел Оружейные полаты иконописцу Симону Ушакову лошадь добрую, а корм — овес и сено — давать ис Конюшенного приказу” (Оп. 32. Стлб. 178 г. № 1554).
В июне 1670 г. Симон Ушаков руководил работами по написанию двенадцати икон святых, соименных членам царской семьи, силами мастеров Оружейной палаты: “Июня 12-го 1670 года, по именному царскому указу, оружейничий Богдан Матвеевич Хитрово приказал написать на дсках государские тезоименитые ангелы, по прозванию, по алфавиту; а у того дела смотреть и из книги выписать иконописцу Симону Ушакову. А в росписи, какову подал иконописец Симон Ушаков, написано: Симону Ушакову (это зачеркнуто): Алексей, помощник; изобразуется сице: человек несет крест, ангел созади пособствует. Федору Евтифееву (и это зачеркнуто): Великомученика Федора, Божия дара. Написать Духа Святаго во образе голубя; в семи лучах семь даров. Степану Резанцу — Иоанна Предтечи. Сергею Рожкову — святыя великомученицы Ирины. Ивану Леонтьеву — святыя Анны. Егоргию Терентьеву — святыя Татианы. Федору Козлову — преподобныя мученицы Евдокии. Андрею Ильину — преподобныя Марфы. Ивану Максимову (опять зачеркнуто). Павлу Микитину — святую Софию. Никите Павловцу — святыя великомученицы Екатерины. Гавриле Кондратьеву — преподобныя Марии. Федору Елизарьеву — преподобныя Феодосии. Иконныя дски розданы тогож числа иконописцу Симону Ушакову с товарищи”. 15 июня была составлена роспись, “что надобно золота и красок на 12 икон государских ангелов. Золота на всякую икону по сту листов краснаго на творку и на золоченье, серебра по двадцать по пяти листов на икону. Да на икону Живоносного Источника золота двести листов красного. Да сего же числа икону писать Спасов образ на престоле, и с преклонными святыми, полтора аршина. Золота на нее двести листов красного, серебра 100 листов”. Кроме этой росписи, Сергеем Рожковым была составлена роспись краскам. На эти работы 6 июля Симон Ушаков получил “краски бакану веницейского по весу фунт” (Оп. 32. № 858. Л. 1305).
Относительно иконы “Богоматерь Живоносный источник”, упомянутой в этом документе, то из челобитной Сергея Рожковы известно, что она была написана им совместно с Ушаковым, имела 16 клейм чудес от образа (Челобитная Рожкова, (Стлб. № 322 178 г.) (См. список приписываемых произведений, № 5).
До 28 июня 1670 г. Симоном Ушаковым была выполнена “персона” царя для Иерусалимского патриарха Паисия: “Июня в 28 день (1670 г.), к парсионе великого государя, которую описал иконописец Симон Ушаков вселенскому папе и патриарху Паисею, на киот, во что та персона положить, на отлас красной галуну широково — золото с серебром, мерою восмь аршин, по весу семь золотников” (Оп. 34. № 953. Л. 68).
В 1670 г. Ушаков написал для царя Алексея Михайловича две иконы Богоматери — Соболевскую и Иверскую.
В 1671 г. Симон Ушаков составил смету на письмо 21 иконы по царскому указу от 28 февраля 1671 г. Работа, изначально предполагавшаяся к выполнению жалованными мастерами, в связи с их загруженностью была распределена среди городовых (см. матриалы, опубликованные И.Е.Забелиным). Текст указа: “великий государь царь и великий князь Алексея Михайлович всея Великия и Малыя и Белыя России самодержец указал по имянному своему великого государя указу написать по росписи образы: Спаса Нерукотворенного образа в лицах, Вседержителя в лицах, Хвалите Господа с небес, Всякое дыхание да хвалит Господа, Достойно есть — на четыре части, Дванадесятные праздники, Страшный Суд, Неделя всех святых, Неделя святых отец, в середине Спасителев образ, а по сторонам — святых отец, Сшествие Святаго Духа полное, Собор Пресвятые Богородицы — полное, Отче, аще возможно, да идет мимо чаща сия, Обятия Отче, Православная неделя, Отрыгну сердце мое, Живоносный Источник, Лазорево Воскресение — полное, О Тебе радуетца — на четыре части, Образ Спасителя и О Закхее, Тайной Вечери две, Умовение ногам две, Знамение Пресвятые Богородицы в чюдесех, как было в Новгороде, Казанские Богородицы в чюдесех, как явилась в Казани и в Московское разоренье. — Длиною цки велено зделать по десяти вершков в ширину, по осми вершков в толщину, вершок скудно”. (Стлб. 179 г. № 219) (Успенский 1910; Филимонов 1873:41–42).
Осенью 1671 г. Ушаков “с товарыщи” писал подволоку в хоромах царицы Натальи Кирилловны (Оп. 34. № 957 179 г. Л. 15).
В том же 1671 г. по заказу греческого купца Николая Николеты Симон Ушаков написал икону “Троица Ветхозаветная” (см. список сохранившихся произведений, № 24), а также образ “Успение”, вложенный Б.М.Хитрово в Троице-Сергиеву лавру (там же, № 25).
В связи с рождением в 1672 г. царевича Петра Алексеевича Симон Ушаков писал его мерный родильный образ “Апостол Петр”, который в связи с болезнью Ушакова заканчивал Федор Козлов. Об этой работе известно из челобитной Ушакова от 1674 г.: “В прошлом государь, во 180-м году, по твоему великого государя указу, писал я, холоп твой, меру благовернаго государя царевича и великого князя Петра Алексеевича всеа Великая и Малыя и Белыя Росии; на мере — образ Пресвятые и Живоначальныя Троицы да святаго апостола Петра знаменил и ризы писал и, волей Божией, в то число заскорбел я, и после меня дописывал тот образ Федор Козлов, ему твое государево жалованье дано, а мне, холопу твоему, не дано” (Стлб. 182 г. № 240). Этот образ на кипарисовой доске размером 11 на 3 вер. находился затем при гробе Петра I в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге (Историко-статистические  сведения о С.-Петербургской епархии. В.1. Спб, 1869:87 (пагинация 2)).
Симоном Ушаковым в 1673 г. была написана и мерная икона царевны Натальи Алексеевны на липовой доске размером 10 на 3 вер.. В той же челобитной: “Да в прошлом же, государь, во 181-м году писал меру ж государыни благоверные царевны и великие княжны Наталии Алексеевны, на мере образ Пресвятыя и Живоначальные Троицы да святыя мученицы Наталии, и за то мне не дано ничего ж, а прежде сего за такие дела было твое великого государя жалованье — сукна и тафты. Милосердый государь… пожалуй меня, холопа своего, для святых икон своим великого государя жалованьем за мое работишко, что тебе милосердому великому государю Бог известит”. (Стлб. 182 г. № 240).
 В августе 1672 г. Ушаков “писал образ Пресвятыя Богородицы Тифинския да образ Николая Чюдотворца к великому государю вверх” (Оп. 34. 180 г. № 957. Л. 21об), в октябре – образ Богоматери Знамение (Забелин 1894. Вып. 2).
В начале октября 1672 г. Ушаков “с товарыщи… писали знамя великого государя полковое Покров Пресвятыя Богородицы в полк к Донскому отпуску — думному дворянину и воеводе Ивану Савостьяновичу Болшому Хитрово” (Там же. Л. 22) (Успенский 1910). 
23 ноября Ушакову и Степану Резанцу дано было 3 алт. 2 деньги “на две иконныя цки”, “а по указу великого государя, велено им на тех цках написать: Симону — великого чюдотворца Николая, Степану — Харитония Исповедника да святого мученика Кондрата в молении к Спасу, а Спасов образ написать среди цки вверху — во облаце. А тем иконам быть в хоромах у государыни царицы и великая княгини Натальи Кириловны” (Стлб. 181 г. № 109) (Успенский 1910).
В 1672 г. Симоном Ушаковым была написана икона “Богоматерь Иверская”, которой был благословлен митрополит Филарет при отшествии его из Москвы в новоучрежденную Нижегородскую епархию. Образ затем находился в Спасо-Преображенском соборе в Нижнем Новгороде в местном ряду иконостаса слева от царских врат. На ней была медная дощечка с надписью: “7180 (1671/72) года писал сей образ на Москве государев иконописец Пимин Федоров по прозванию Симон Ушаков в великий Нижний Новгород по обещанию в соборную церковь Боголепнаго Преображения Господня при первоначальнике великом господине преосвященнейшем Филарете, митрополите Нижегородском и Алаторском, а отпущен сей образ с ним великим господином, егда первее иде прияти свой святительский престол” (Макарий 1857:20-21; Добровольский 1912).
В том же году для собра Николо-Угрешского монастыря Ушаков написал икону “Спас на престоле” (см. список сохранившихся произведений, № 25).
В 1672 г. вместе с дьяком Никифором Клементьевым С.Ушаков составил подробное описание стенной живописи XVI в. в Грановитой и Золотой палатах Московского Кремля. Живопись была уничтожена в XVIII в. Описание ее сохранилось в единственном списке Q.XIII.8 и было опубликовано И.Е.Забелиным. (Забелин 1884-1886).
12 мая 1673 г. Симону Ушакову было указано написать образ “Богоматерь Живоносный Источник” на кипарисной доске: “по приказу боярина и оружейничего Богдана Матвеевича Хитрово да столника Ивана Степановича Телепнева Оружейные полаты иконописцу Симону Ушакову за доску кипарисную, длиною в аршин шесть вершков, шириною в десять вершков, по цене четыре рубли, а по указу великого государя, в той доске кипарисной зделать цка образная, а на ней велено ему, Симону, написать образ Пресвятые Богородицы Живоносный Источник — против прежняго старого переводу к нему великому государю в Приказ тайных дел” (Стлб. 181 г. № 453). 16 мая того же года Симону Ушакову выдано было 20 алт. за кипарисную доску (5 1/2 вер. Ѕ 4 1/2 вер.), на которой он, по приказанию государя, писал “образ Распятия Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа в хоромы к великому государю царевичю и великому князю Феодору Алексеевичю всея Великия и Малыя и Белыя Росии” (Стлб. 181 г. № 314).
Тогд же Ушаков скреплял “роспись городовым кормовым иконописцам, костромским и ярославским, кои были у государева дела, у икон, в Набережном терему — писали два Спасова образа за местных [наместных? — Ред.] да Тифинские образ Богородицы в церковь на дворе боярина Ильи Даниловича Милославскаго маия з 24-го числа по 30 число” (Стлб. 181 г. № 502) (Успенский 1910).
С 24 июля 1673 г. Ушаков участвовал в поновлении стенописи в Успенском соборе. По указу царя Алексея Михайловича было велено “у соборные церкви Успения Пресвятыя Богородицы над южными дверми стенное писмо — образ Спаса Нерукотвореннаго и около того образа, где доведетца, — ветхие места починить из Оружейныя палаты” (Стлб. 181 г. № 633). Вследствие этого указа, боярином и оружейничим Богданом Матвеевичем Хитрово был приглашен Симон Ушаков с товарищами и допрашиван у Успенского собора “над южными дверми Спасов образ Нерукотвореннаго и около того образа ветхие места починить заново мочно-ль” (Там же). Ушаков и его товарищи, “смотря того Спасова образа”, нашли, что не только это изображение, но и образ Богородицы, “что вверху над святительми”, пришли в большую ветхость и требуют переписки их вновь. Впрочем, прибавили иконописцы, “будет по нужде мочно и починить, и та починка впредь не будет прочна”. Основанием к такому заключению икописцев послужило то обстоятельство, что “под Спасовым образом левкас от стены отстал, также и по сторонам того Спасова образа под ангелами и вверху над Спасовым же образом под святительми левкас отстал и изломался и починить невозможно”. Ушаков с товарищами решили, что надобно “все збивать долой и левкасить и писать будет вновь” (Там же). В этом смысле и состоялся 22 июля именной царский указ стольнику Ивану Богдановичу Камынину, именно, чтобы “у соборныя церкви Пресвятыя Богородицы Успения над южными дверми Спасов образ Нерукотвореннаго, также и по сторонам того Спасова образа аггелов и вверху над Спасовым же образом святителей и над святительми образ Пресвятыя Богородицы написать вновь” (Стлб. 181 г. № 542). Руководство над иконописцами в этих работах было возложено на Симона Ушакова, которым и подписаны росписи расходов по реставрации (Там же).
В 1673 г. вместе с Андреем Ильиным, Никитой Павловцем, Федором Козловым, Георгием Зиновьевым и Иваном Филатьевым Симон Ушаков писал иконы для праздничного чина церкви Покрова в подмосковном с. Братцеве, построенной в 1672 г. боярином Богданом Матвеевичем Хитрово (см. список сохранившихся произведений, № 28).
В декабре 1673 г. Ушаков расписал кипарисовый ковчег к Ризе Гсподней в Успенском соборе, за что 18 декабря ему было выдано из Патриаршего казенного приказа 4 руб. 21 алт. 2 деньги, “кипарису пошло на 20 алт., от дела 4 гривны, 30 золотников с полузолотником серебра пошло, по 2 алтына 4 деньги золотом” (МАМЮ. Кн.  81. Л. 123) (Успенский 1917).
В январе 1674 г. Симон Ушаков написал список с чудотворной иконы Богоматери Казанской-Калужской для царицы Натальи Кирилловны. По указу от 1674 г. “Оружейные полаты иконописцу Ушакову [выдано] на цку образную липовую пять алтын. А по указу великаго государя, велено ему, Симону, на той цке написать в хоромы ко государыне царице и великой княгине Наталье Кириловне образ Пресвятыя Богородицы Казанския список с чюдотворного образа Пресвятыя Богородицы, что принесен из Колуги, а мерою та цка — длиною 11 вершков с четью вершка, шириною — 9 вершков с третью вершка” (Оп. 32. Стлб. 132 г. № 1685) (Успенский 1910:352). Тогда же вместе с другими жалованными иконописцами свидетельствовал ученика Ивана Масюкова (см.).
В феврале того же года писал вместе с другими иконописцами 60 икон на сюжеты Рождества Богородицы, Богоматери Одигитрии и Успения (по двадцать каждого сюжета). По указу от 11 февраля было велено “в Оружейной полате написать икон Пресвятыя Богородицы Рождества, Одигитрия, Успения по дватцати, всего шестьдесят икон штилистовых на празелени”. (Стлб. 182 г. № 441) (Успенский 1910).
25 февраля 1674 г. церковный причт ружной церкви Петра и Павла в Торопце пишет царю Алексею Михайловичу, что по его указу построена церковь Петра и Павла с приделом Федора Стратилата, но в приделе нет местного образа Федора Стратилата, а такой образ есть у Симона Ушакова. По этой просьбе царь велел образ у иконописца взять, уплатив ему из казны 7 руб. (Забелин 1894. Вып. 2:117). [См. РГАДА. Ф. 396. Оп. 1. №  14876. (Б.Т.)]. 
В мае и июне 1674 г. Ушаков с другими иконописцами “чистил и олифу снимал и вновь починивал иконы, которые снесены от преподобныя Евдокии сверху, что у великого государя на сенях” (Стлб. 182 г. № 439). Согласно другим сведениям, приведенным А.И.Успенским, он выполнял эту работу и годом ранее (Стлб. 183 г. № 54) (Успенский 1910).
С 22 июня 1674 г. Ушаков вместе с Никитой Павловцем начал писать иконы для Тихвинской ц. в дворцовом подмосковном селе Алексеевском. Им было велено написать “месных икон образ Спасов Вседержителя стоящей, в молении Никон да Андроник, да образ Пресвятыя Богородицы Смоленския, да образ Иоанна Предтечи, да образ Иоанна Богослова, образ Алексея Человека Божия, образ Варлаама Хутынского”. Однако работы были приостановлены. Мастера успели выполнить только иконы “Иоанн Предтеча” и “Иоанн Богослов” (Стлб. 185 г. № 32).
Осенью 1674 г. Ушаков “починивал… стол, доску и станок с подножием, которой снес от него великого государя ис хором приказу ево великого государя Тайных Дел подъячей Михаила Воинов генваря в 31-м числе” (Стлб. 183 г. № 258).
С 6 октября 1674 г. Симон Ушаков вместе с Никитой Павловцем поновляли привезенную из Константинопоя греческую чтимую икону “Богоматерь Влахернская”, находившуюся в московском Успенском соборе. Боярин Богдан Матвеевич Хитрово “ис хором” государя “снес” “в Оружейную полату образ Пречистые Богородицы Лахернские, которой поставлен был в соборной церкви Успения Пречистые Богородицы; а сказал: указал великий государь сей образ починивать заново в Оружейной полате иконописцом Симону Ушакову, Никите Павловцу и под старую цку подклеивать вновь цку кипарисную для того, чтобы было прочно” (Стлб. 183 г. № 48).
В 1667-1675 гг. Симон Ушаков пытался расширить свой двор для постройки особой иконописной избы, где предполагалось обучать иконописных учеников. 1 сентября 1667 г. он обратился к царю с челобитной, где просил присоединить к его владениям в Китай-городе соседний двор, принадлежавший сначала вдове Ксении Юдиной, а затем государеву кружевных дел мастеру Федору Воробью, который к 1667 г. уже умер:  “По твоему великого государя указу, даютца мне — холопу твоему — твои государевы иконные дела и ученики; а дворишко у меня, холопа твоего, малое и в грязи в Китае городе, и хоромишак постро[ить] для иконново писма и для учеников негде. А по твоему государеву указу, кружевных дел мастеру Федору Воробью для твоих государевых кружевных дел и для учеников дан ему был двор в Китае городе вдовы Ксеньи Юдины, и тово Федора кружевника в животе не стало, и ныне на том дворе ставят кизылбаш и всяких людей ис посолского приказу, того двора заборы и ворота и кровли обожжены и обломаны, и развалялося все без пристрою. Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, тем двором по оценке или как тебе, великому государю, Бог известит, по твоему государеву по Бозе рачительству для красоты святыя церкви святых икон начертания и всечесныя печати первообразные красоты Христа Бога нашего и учащимся сего скораго писания, отверзающаго ум наш. Царь государь, смилуйся, пожалуй” (Стлб. 176 г. № 2).
29 января 1668 г. двор был отдан Ушакову, который за свой счет починил его, соорудил новые необходимые ему постройки, а после того, как двор в том же году сгорел, отстроил его заново. Однако юридически двор не был закреплен за Ушаковым, поскольку остался невыкупленным (очевидно, Ушаков рассчитывал на то, что двор будет выкуплен для него государством, поскольку в новых строениях предполагалось обучать иконному делу учеников, официально закрепленных за ним в Оружейной палате). Все это следует из его челобитной 1669 г.: “В прошлом во 176-м году дан мне… Юдинской двор после кружевника Федора Воробья, а как кружевника Федора не стало и без строения был разорен и обожжен и обломан, и которое строение было каменное, а смазано глиною, и то розмыло водою и розсыпалось, и по твоей государской милости я… тот двор нужды ради построил хоромы и кровли и нутра, и печи, и двери, и заборы, и ворота своими денгами, одолжал болши полутораста рублев, а на строение мне… твоего государева жалованья ничего не дано. И в прошлом, государь, во 176м году в большой пожар тот двор сгорел, и после пожару мне, холопу твоему, негде было и главы приклонить, и я вдругорь построился нужды ради, одолжася, на том же дворе, болше двусот рублев, а иное еще не построено, развалилось. Милосердный государь… пожалуй меня… для святых икон для милостивой государыни нашей благоверной царицы и великой княгини Марии Ильичны вечнаго блаженства и поминанья ея государыни нашея души, вели, государь, тот двор записать за мною, холопом твоим, и за детишками моими и дать данную или оценить кроме моево строения и по оценке на мне холопе твоем погодно денги взять, чтоб мне… по твоей государской милости надежно и прочно было построить. Царь государь, смилуйся” (Стлб. 178 г. № 634).
В 1672 г. Юдинский двор, так и остававшийся невыкупленным, был передан со всеми находившимися в нем строениями купцу Киприану Климшину. Ушаков, указывая на то, что Климшин должен казне и не сможет выкупит этот двор, просил оставить его за собою и вычесть с себя необходимую сумму денег. Текст челобитной: “По твоему великого государя указу, дан мне был, холопу твоему, в Китае городе Юдинской двор для иконных дел и для учеников, и я, холоп твой, обнадежась на твою государскую пресветлою милость, что было разореное и погорелое, одолжась, построил, и после болшого пожара построил же избы, и полатки, и новую полатку для иконных дел и в житех печи мурамленые, и ворота, и кровли, и колодясь и в огороде насадил, а в стройку пошло с четыреста рублев, а иныя полатка осми сажень для пространства иконнаго дела не достроена. Ожидал я, холоп, твоей государской милости, по выписке указу в Оружейной полате, как за тот двор по цене в твою государеву казну у меня денги примут погодно окроме моего строенья; а ныне, государь, ис того двора меня выслали вон и отдали тот двор гостю Киприяну Климшину болши его двора, что у него взят, а меня, холопа твоего, разорили, многое з двора свозить не дали и строенье мое берут что опалное малою ценою, а не против моей росписи, и отвели на время мне малой двор Федота Остафьева, и мне, холопу твоему, с ыконным заводом и с учениками и с домочатцы стало невмесно и иконное дело помешалось, а построитца так непрочно и место ниско. А на Киприяне Климшине есть, государь, долгу в твою государеву казну в Сибирской приказ многия тысячи в доимке и по порукам, и ему, Кипреяну, за ево взятой двор мой двор не доведетца дать. Милосердый государь царь и великии князь Алексей Михайлович всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, для святых икон и для своих государьских дел, не вели, государь, тот двор у меня отнять и мое строенье, что опалное, взять и с ыконным заводом, и с учениками, и з домишком вконец разорить и ослезить и вели, государь, за тот двор в твою великого государя казну у меня денги выбрать, что ты, великий государь, укажешь погодно, окроме моево строенья, чтоб мне прочно построитца и з женишкою и з детишками меж двор не волочитца. Царь государь, смилуйся” (Оп. 32. Стлб. 180 г. № 1576).
Тем не менее, Юдинский двор остался за Климшиным, поскольку его прежний двор был отдан  царскому тестю боярину К.П.Нарышкину (см. ниже челобитную Ушакова от 1675 г.), а Ушакову временно предоставлен другой соседний двор, принадлежавший купцу Федоту Остафьеву (взят в казну за недоимки). Однако к ноябрю того же 1672 г. двор это был выкуплен для подворья Рождественского монастыря во Владимире. В связи с этим Ушаков пишет челобитную: “А мне, холопу твоему, отведен на время двор Федота Остафьева в Китае ж городе, а ныне, государь, и с того двора высылают вон, купили тот двор из Володимера Рожественаго монастыря власти в подворье, а у них прежнее подворье взято же, государь, за двором боярина Ивана Андреевича Милославскаго у церкви Варвары Христовы мученицы дворовое местечко ево ж боярское… Милосердый государь… пожалуй меня, холопа своего, для святых икон и своих государских дел — не вели, государь, прежнего моево двора у меня отнять и мое дворовое строенье по малой цене брать и меня в конец разорить, и вели, государь, за тот двор в свою государеву казну у меня денги выбрать, что ты, великий государь, укажешь, погодно кроме моево строенья, или вели, государь, те порозжие дворовые местечка продать мне… за те деньги, что мне взять за строенье, и к тому донять денег на мне, холопе твоем, и что тебе, великому государю, о мне Бог известит, чтоб мне, волочась меж двор, иконописнаго дела не отбыть” (Стлб. 181 г. № 72).
До весны 1674 г. Ушаков все еще занимал двор Федота Остафьева. По-видимому, Рождественский монастырь не взял его под подворье, и он продолжал числиться за Остафьевым. 17 марта двор был возвращен Леонтию Остафьеву, как это следует из документа: “Лета 7182-го марта в 24 де(нь), по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца указу боярину и оружейничему Богдану Матвеевичю Хитрово да столнику Ивану Степановичу Телепневу да дьяку Ивану Вахромееву. В прошлом во 180-м году апреля в 16 де[нь], по имянному из Оружейного приказу за твоею Ивановою приписью, поставлен иконописец Симон Ушаков со учениками на дворе гостинные сотни Федота Остафьева для писма святых икон воображения до ево великого государя указу, которой двор отписан ис приказу Большого приходу за недоборные померные пошлинные денги. И в нынешнем во 182-м году марта в 17 де[нь] великий государь царь… указал иконописца Симона Ушакова со учениками с того Федотова двора Остафьева свесть и отдать двор по прежнему гостиные сотни Федоту Остафьеву” (Стлб. 182 г. № 284).
Лишившемуся дополнительного двора Ушакову удалось добиться сначала частичной, а затем полной денежной компенсации из казны за постройки, оставшиеся на отобранном у него Юдинском дворе. Это следует из челобитной начала 1675 г.: “По твоему великого государя указу дан мне был в Китае городе Юдинской двор, и на том дворе построился я, холоп твой, на 400 рублев; и в прошлом, государь, 180-м году тот двор у меня, холопа твоего, отнят и отдан гостю Киприяну Климшину болши ево двора по купчей ценою 2000 рублев, а ево Киприянов двор, что отдан боярину Кирилу Полуехтовичу Нарышкину по купчей ценою 1000 рублев, а того Юдинского двора за строенье мне выдано по оценке толко 200 рублев с неболшим ис приказу Болшого Прихода по памяти из Оружейные полаты, а не додано, государь, мне за то мое строение 185 рублев 8 алтын 4 денег против моей росписи строения, какова у выписки в Оружейной полате по памяти за рукою, и я, холоп твой, в том разорении скитаюсь меж двор четвертой год по чюжим дворам, а товарищам моим твое государево жалованье давано и в приказ по 100 и по 70 рублев на дворовую покупку и на строенье, а я, холоп твой, разорен до конца. Милосердный государь… пожалуй меня, холопа своего, вели, государь, те мои деньги против моей строелной росписи за строение мое — 185 р. 8 алт. 4 д. выдать из приказу Болшого Приходу, чтоб мне холопу твоему, волочась по чюжим дворам, без своего двора и досталь в разорении не быть и в конец не погибнуть”. 2 февраля 1675 г. по царскому указу Ушакову были выданы “досталные деньги” (Cтлб. 183 г. № 278; ср. стлб. 183 г. № 291).
По мнению В.Г.Брюсовой, разделяемому О.Р.Хромовым, на новом дворе Ушакова находилась гравировальная мастерская, из которой вышли первые гравюры Афанасия Трухменского по рисункам Симона Ушакова (Брюсова 1984:41; Хромов О.Р. Вопрос о досмотре иконописцев и гравюра в России второй половины XVII века. К постановке проблемы // Филевские чтения. Вып. 8. М., 1994:20. Хромов также считает, что в этой мастерской совместно с Трухменским  Ушаков предполагал напечатать упоминаемый им в “Слове к люботщательному иконного писания” гравированный “Алфавит художеств”. Тот факт, что Ушаков лишился этой мастерской, стал причиной того, что Атлас так и не был осуществлен.
На Пасху 1675 г. Ушаков поднес государю “образ Спасов Вседержителя, писан на штилистовой цке” (Стлб. 183 г. № 341).
Летом того же года Ушаков вместе с другими иконописцами поновлял иконостас Успенского собора: “починивал… деисусы, праздники, пророки, праотцы… в соборную апостолскую церковь Успения Пресвятыя Богородицы” (Стлб. 183 г. № 407).
В апреле 1675 г. Ушаков чинил государев стол “что с веницейскими раковинами”, на что 30 марта ему было выдано 24 золотника бакану веницейского  (Оп. 34. № 957 183 г.).(Филимонов 1873:42 (неправильно приводит год как 1673 – Ред.). В том же году за образ Спаса Вседержителя с крестом получил от царя тафту.
В том же месяце с другими жалованными иконописцами Ушаков написал большое полковое знамя Белогородскаго полка. Оно было писано взамен стараго, пришедшаго в ветхость, присланнаго из полка боярином и воеводой князем Григорием Григорьевичем Романовским, и надо было писать его со стараго образца. С двух сторон были изображена Богоматерь с Младенцем, сидящая на престоле, окруженная ангелами, с херувимами в подножии, на откосе четыре летящие ангела с мечами. Смета материалам и работе, а также наблюдение за исполнением поручены были Ушакову.
В июне 1675 г. Ушаков написал для хором царевича Федора Алексеевича иконы мученика Христофора и мученицы Татьяны, а также Николая чудотворца.
В августе Ушакову было поручено составить смету на работы в одной из царских комнат: “Указал государь написать у себя в четвертой комнате, вновь золотить и писанныя места починивать, в небе орла, и стены и окна”. Работы были осуществлены Ушаковым совместно с другими мастерами. Позднее были поновлены росписи и в третьей государевой комнате.
Тогда же художник написал для хором царевича Федор Алексеевича несколько икон на медных досках по особой росписи, а также составил смету для стенописи церкви Спаса Нерукотвореннаго, что у государя на сенях (Успенский 1910).
В 1675 г. Симоном Ушаковым был написан образ Спаса Нерукотвоворного с клеймами, иллюстрирующими уиренние стихиры, для ц. Ильи Обыденного (см. список сохранившихся произведений, № 35, а также список приписываемых произведений, № 6), большая надгробная икона “Никон Радонежский”, вложенная Б.М.Хитрово в Троице-Сергиев монастырь (См. список сохранившихся произведений, № 34), а также образ “Богоматерь Иверская”, находившийся в Горицком монастыре в Переславле-Залесском, за что его род был вписан в Синодик обители (Левицкая 1994).
К Пасхе 1676 г. Симоном Ушаковым были написаны иконы “Спас Нерукотворный” в подарок царю и “Богоматерь Казанская” для хором царицы Натальи Кирилловны, за что 24 мая ему было выдано 6 алт. 4 деньги за иконные доски (Стлб. 184 г. № 301).
Летом Симон Ушаков писал образ Спаса на престоле, по сторонам Богородица и Иоанн Предтеча (Забелин 1894. Вып. 2:125).
На вторую половину 1676 г. пришлись большие работы по обновлению интерьера дворцового храма Спаса Нерукотворного, инициированные царем Федором Алексеевичем. В конце июля-августе 1676 г. Симон Ушаков с другими иконописцами писал по царскому указу “на 8-ми медных кругах два деисуса, образ Спаса, Богородицы, Иоанна Предтечи, Федора Стратилата и Сергия Радонежскаго” для церкви Спаса Нерукотворного, “что у государя вверху, на сенях. Один деисус поставлен в церкви против золотого государева крыльца, образа Федора Стратилата и Сергия — в пещерах, а другой деисус — в правой стороне, с прихода от красного крыльца” (Оп. 34. № 958. Л. 266об) (Успенский 1910).
В августе 1676 г. для того же храма Симон Ушаков составлял смету на починку стенописи и письмо нового иконостаса (всего 45 икон) по указу царя Федора Алексеевича. “Да вновь же велено написать образ Пресвятые Богородицы Соболевския, да образ Пресвятые Богородицы Иверския, да образ Спаса Вседержителя”. (Стлб. 184 г. № 439; ср. стлб. 184 г. № 448). Стенописные работы под руководством Ушакова выполнялись с августа по ноябрь (Стлб. 185 г. № 2. Л. 1, 2, 25, 27, 30, 31, 34, 35, 38, 39; ср. Оп. 34. № 958. Л. 234об, 257, 297об). В конце года Ушаков и находившиеся под его руководством московские и ярославские кормовые иконописцы в тот же храм писали на медных досках “в закомары” иконы для полного иконостаса. Среди них царские врата (евангелисты для царских дверей были написаны Ушаковым и его товарищами на семи зеленой меди кругах), северную и южную двери, праздники, “икону Спас, образ Архиерея”, образ местный “Предста Царица, образ Спасов, образ Пресвятые Богородицы (Одигитрии) образ Иоанна Предтечи”, иконы Логина Сотника и Федора Стратилата, преп. Сергия, “да два деисуса и розных святых” (Там же. Л. 43, 44, 47, 48, 50, 51, 59, 60, 62, 63, 64, 66, 67, 74, 75; ср. Оп. 34. № 958. Л. 258об, 266об, 288, 289).
В конце 1676 г. возобновились иконописные работы для Тихвинской ц. в Алексеевском, где Ушаков руководил написанием иконостаса (Успенский 1910).
В 1676 г. Симоном Ушаковым также были написаны большой образ тезоименитого царю Федору Алексеевичу св. Феодора Стратилата и небольшая икона “Архангел Михаил, попирающий дьявола” (См. список сохранившихся произведений, №№ 39, 36). В том же году он писал иконы для местного ряда ц. Спаса Нерукотворного на Сетуни в вотчине боярина Артемона Сергеевича Матвеева, частности, храмовый образ (Паламарчук П. Сорок сороков. Т. IV. М., 1995:75. См. также список сохранившихся произведений № 40).
С 1676 г. имеются сведения о земельном поместье Ушакова в районе г. Доброго Городища на Воронежской засечной черте, которое он тогда же перевел в вотчинное владение (Лаврентьев 1994: 5-7). Относительно имевшихся во владении Ушакова поместий А.И.Успенский упоминает также об известном ему документе, где указано, что Ушаков имел поместье в с. Ерши под Москвой (Успенский 1910).
С 14 апреля  по 10 июня 1677 г. Ушаков писал вместе с другими иконописцами иконы “Распятие, пророки и ангелы к жертвеннику” в церковь Спаса Нерукотворенного образа, что у великого государя в Верху, и “починивал в церкви [также придворной] Сретения иконостас и местные образы” (Оп. 34. № 234).
В церкви Спаса с ним вместе работали иконописцы меньшей статьи: Логин Сидоров, Василий Афанасьев, Федор Козмин, Афанасий Козмин, Петр Васильев, Иван Яковлев, Афанасий Федоров, Яков Астафьев, Иван Михайлов, Федор Гаврилов (РГАДА. Ф. 396. Оп. 1. Ч. 11 № 16641).
15 апреля Ушаков получил царский подарок — 9 арш. камки двоеличной, а 11 июня — “зуфь амбурку” и камку.
 “Июля в 21 де(нь)” 1677 г., читаем мы в документе, “Оружейные полаты жалованному иконописцу Симону Ушакову на десять досок липовых да на клей рыбей по ево скаске два рубли дано. Росписка в денгах на приказной записке в росходном столпу. А по указу великого государя, в тех досках делал плотник Ефимко Иванов цку большую, мерою в вышину три аршина десять вершков, в ширину три аршина без вершка. А на той цке писал он Симон образ Спасов Вседержителя во облаце, да образ блаженные памяти великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича всеа Руси самодержца, да образ блаженные ж памяти великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича всеа Великая и Малыя и Белыя Росии самодержца, в царских одеждах в соборную церковь архистратига Божия Михаила, и стоять тому у столпа, против их государских гробов” (Оп. 34. № 958. Л. 419об; ср. стлб. 185 г. № 550). Эта икона-портрет сохранилась до нас в искаженном реставрацией виде. [Далее следует описание по изданию: Филимонов 1873:46. Однако в другом документе того же времени говорится, что портрет писал Федор Зубов. (Оп. 34. № 959. Л. 415 об. См. Успенский 1910:106-107 — Ред.]
Летом 1677 г. Ушаков вместе с другими иконописцами писал “по левкасу из воды” стенопись в дворцовой церкви Спаса Нерукотворного (Стлб. 185 г. № 564; ср. стлб. 185 г. № 570).
В 1677 г. Ушаковым написана икона Нерукотворного образа для иконостаса Троицкого соборе Троице-Сергиева монастыря. Тогда же вместе с Никитой Павловцем им был создан храмовый образ “Троица” для церкви в подмосковной вотчине Б.М.Хитрово с.Ознобишине (См. список сохранившихся произведений №№ 42, 46). Тем же годом была датирована несохранившаяся икона Ушакова “Богоматерь Боголюбская”, находившаяся в Казанской ц. с. Марково под Москвой (ИИАК. В. 44:40).
В 1678 г. Ушаков был пожалован в московский дворянский список. В ноябре ему был учинен поместный оклад “шестьсот  семь (четей), денег пятьдесят рублев”.
В 1678 г. “в поднос великому государю в неделю святыя Пасхи” Ушаков написал “в Евдокеинскую церковь местные образы и деисусы и пророки и праздники” (Стлб. 185 г. № 515). 1 июня этого года царь Феодор Алексеевич пожаловал Ушакову зуфь да камки двоеличной 10 арш. Получал Симон Ушаков в Оружейной палате в это время жалования 67 руб., хлеба, ржи и овса, 52 чети, за дворцовый корм и питье 50 руб., а всего в год, кроме хлебного жалования, 117 руб.
Вместе с учеником Михаилом Милютиным в 1678 г. Ушаков написал образ “Богоматерь Новоникитская” для дворцового храма Спаса Нерукотворного” (см. список сохранившихся произведений, № 47).
20 марта 1679 г. куплены были “олифа старая добрая” и другие иконописные материалы “по скаске Симона Ушакова и Тимофея Рязанцева в церковь Иоанна Белоградскаго на месные иконы на деисус, на праздники и на пророки, и на царские двери… А по указу великого государя в… меди зделано семь дощечек, написаны [еван]гилсты и поставлены в царские двери, а царские двери поставлены в церковь Иоанна Белоградцкого, что у него великого государя вверху, а олифою олифили жалованные иконописцы в тое ж церковь местные образы, деисус, праздники, пророки и царские двери” (Стлб. 187 г. № 375) (Успенский 1910). Другое сообщение о тех же работах: Симон Ушаков с другими писал золотом и серебром вновь деисусы и праздники, северные и южные двери иконостаса, всего 27 икон (Извеков 1912/2).
В том же 1679 г. Симон Ушаков написал для церкви Похвалы Богоматери в Кремлевском дворце икону “Федор Стратилат в житии”, высотой и шириной 2 арш. без четверти. Для образа велено было сделать резной киот, вызолотить и расписать его (Извеков 1916:20).
В 1679 г. Ушаковым была написана икона “Спас Нерукотворный” для Успенской ц. с. Новинки-Круглышево, принадлежавшено дьяку Адриану Яковлеву Полянскому. На ней имелась надпись: “7187 1679) писал сии Симан Ушаков с учеником” (Отзыв Забелина 1894, Добронравов В. Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской епархии. В. 2. Владимир, 1895:455).
В 1680 г. Симон Ушаков с иконописцем Федором Матвеевым поставил 12 фунтов гульфарбы составной ценою по 2 руб. за фунт, которая пошла, между прочим, на золоченье к стенному письму в Успенском соборе, где вновь писали “в трех сводах с лица над алтарями, Отечество, Премудрость — Слово Божие, Похвалы Богородицы”. Живопись южного фасада собора исполнена в это время при участии самого Ушакова (Успенский 1910:361).
При возобновлении в 1680 г. церкви Спаса Нерукотворного, что у царевен на сенях в Кремлевском дворце, были написаны деисусы, праздники (25 икон), столбцы и тябла золоченые красные; тогда же было выменено в Оружейной палате 3 местные иконы: Спас, Богоматерь и Федор Стратилат. За промен икон дано Симону Ушакову 12 руб., за написание икон — 50 руб. В той же церкви в трапезе был написан в кружале образ “Не рыдай мене мати” со святыми, починены в двух кружалах образа и починены иконы главной церкви. За этой работой наблюдал и в ней участвовал Симон Ушаков. Ему дано за работу в трапезе 12 руб., за починку в кружалах образов — 4 руб., за вымен киота резного, деревянного, позолоченного (Извеков 1916:20, 43).
К 1680-1681 гг. относится совместная работа Симона Ушакова и Афанасия Трухменского по иллюстрированию гравюрами на меди изданий Верхней придворной типографии (см. список сохранившихся графических произведений).  Относительно иллюстрирования сочинения Симеона Полоцкого “Обед душевный” имеется следующее документальное свидетельство: “Лета 7189 декабря в 3, по государеву цареву и великаго князя Феодора Алексеевича всея Великая, Малая и Белыя Росии самодержца указу окольничему и оружейничему Ивану Максимовичу Языкову с товарыщи. Великий государь Федор Алексеевич указал в книгу Обед Духовный начальный лист на бумаге по ознаменке Симона Ушакова пройти углем иконописцу, доброму мастеру, для наклейки на медную дщицу и отдать тот лист в Палату книг печатного дела. И по государеву цареву и великаго князя Феодора Алексеевича (повторение титула) окольничему и оружейному Ивану Максимовичу Языкову с товарищи учинить о том по указу великаго государя” (Филимонов 1873:63).
В 1681 г. Симон Ушаков поновил чтимую икону  Богоматери Казанской в Высокопетровском монастыре. На ней была надпись, воспроизведенная в 1774 г.: “7189 года поновил Симон Федороф Ушакоф при архимандрите Иосафе” (Григорий 1875).
В документах за 1681 и 1682 г. имя Ушакова встречается при свидетельствовании им работ учеников (Афанасия Семенова, Василия Кузмина,Михаила Милютина), свидетельстве материалов и челобитных о выдаче жалования (Филимонов 1873).
В июне 1683 г., по указу царей Иоанна и Петра Алексеевичей, Симон Ушаков с десятью иконописцами был у письма икон в Новодевичьем и Донском монастырях (см. список сохранившихся произведений, № 51).
К тому же году или к концу 1682 г. относится несохранившаяся икона с изображением Зосимы и Савватия на фоне Соловецкого монастыря, которая находилась в собрании А. М. Постникова и имела надпись: “7191 (1683) писал Симон Ушаков в Соловецкую обитель” (Угреша 1897), а также написанная им по обету большая икона Сошествия Св. Духа для Троицкого собора для Троице-Сергиева монастыря (см. список сохранившихся произведений, № 52). В 1684 г. Симон Ушаков написал туда же большую местную икону Спаса на престоле для местного ряда иконостаса (см. список сохранившихся произведений, № 53).
После 30 августа 1684 г. Симон Ушаков писал “Спасов образ в церковь Апостола Петра, что на Кормовом дворе в деисус с великим поспешением и с самым добрым мастерством” на липовой доске высотой 2 арш. 2 вер.
В 1685 г. Симону Ушакову было велено ознаменить и приправить образа на кипарисных дсках Иоасафа царевича и Евфросинии Суздальской в молении Спасову образу. Тогда же, 16 марта 1685 г., Ушакову вместе с Иваном Максимовым по царскому указу было велено написать нагробный портрет царя Федора Алексеевича. Однако уже 28 апреля заказ был передан Богдану Салтанову, который и написал этот портрет.
1685 г. датируется последнее известное произведение Ушакова – икона “Тайная вечеря” из Успенского собора Троице-Сергиева монастыря (см. список сохранившихся произведений, № 54).
В Сийском иконописном подлиннике на листах 243, 244 и 245 (в печатном альбоме таблица LIV) помещен деисус, с пометами на каждом листе: “Симон Ушаков”: “Симон Ушаков знаменил”, “Государев изуграф живописал”; “Симон Ушаков живописец государев”. […] На листах 275, 277 и 278 того же подлинника (в печатном издании см. таблицы LVIII и LIX и LX) помещен также деисус, с подписями: “Симон Ушаков”, “Симона Ушакова”, “Ушаков” (Успенский 1910).
В документе н. XVIII в. упоминается чудотворная икона Спас Нерукотворный письма Симона Ушакова. Ей поклонялся стольник и воевода Андрей Михайлович Вешняков. Возможно, это икона 1680 г. из церкви Иоанна Предтечи в Москве (Балакин 1989).
Д.А.Ровинский упоминает о северной двери иконостса с изображением Благоразумного разбойника в ц. Саввы Освященного, имевшей подпись Ушакова на обороте, а также об иконе “Сретение” его же письма, происходящей из Сретенского собора и позднее перенесенной в ц. Спаса на Бору (Ровинский 1903).
Деисус на 3 досках письма Ушакова был в собрании гр. Алексея Сергеевича (Уварова) (Грищенко А. О связях русской живописи с Византией и Западом XIII–XX вв. Мысли живописца. М., 1913:29, 31).
Скончался Симон Ушаков 25 июня 1686 г. Об этом говорится в справке на челобитную одного левкащика, просившегося в иконописцы: “Симон Ушаков. И в прошлом во 194 году июня в 25 де(нь) он Симон умре” (Успенский 1910). Погребен в московском Знаменском монастыре, монахами которого были отец и дяди художника (Лаврентьев 1994).
Род Симона Ушакова вписан в синодики ц. Троицы в Никитниках (Филимонов 1873:5-56), Знаменского монастыря на Варварке (РГАДА. Ф.188. О.1, Д.46. Л.63об.; там же. Д.47. Л.172-172об.), Троице-Сергиева монастыря (Лаврентьев 1994:10), Горицкого монастыря в Переславле-Залесском (ПЗИХМ. № 4287. Л. 152–153), Лукиановой пустыни Александровского уезда Владимирской губ. (Отзыв Забелина 1894), Макарьева-Желтоводского монастыря (НжМЗ, № ГОМ 13748, Л. 205), московского Чудова монастыря (РНБ, ОР, F- IV-194. Л, 283 об.). ( Комашко Н.И.)

Источник: http://rusico.indrik.ru/artists/u/ushakov_simon/index.shtml?adm=37d5868cd785bf0c7e52d7c5c37f4b83

Комментариев нет:

Отправить комментарий